ТЕОРИЯ ПОЛОВ

ENGLISH VERSION

ГЛАВНАЯ САЙТА

НОВОСТИ

ТЕОРИЯ ПОЛОВ

ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИНГВИСТИКА

ПСИХОЛОГИЯ

ФИЛОСОФИЯ ФИЗИКИ И КОСМОЛОГИИ

ТЕОРИЯ ИСТОРИИ

ЭКОНОМИКА

НАПИСАТЬ АВТОРУ

 

ГЛАВНАЯ РАЗДЕЛА

 

ИСКРИН В.И.
ДРЕВНЯЯ ЗАСТУПНИЦА
ЖЕНЩИНЫ //
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ
УНИВЕРСИТЕТ,
2012, № 3

ДРЕВНЯЯ ЗАСТУПНИЦА ЖЕНЩИНЫ

(ПРОИСХОЖДЕНИЕ СВАДЕБНОЙ КУКЛЫ)

Часто приметой свадьбы является привязанная к машине кукла. Её участия в торжественном проезде новобрачных требует обычай. Однако это не обычай, а всего лишь его след. В соответствии со старым народным обычаем кукла должна быть не купленной к свадьбе новенькой игрушкой, а «советчицей», «заступницей» и «наставницей» девушки. Чтобы разобраться в «обязанностях» свадебной куклы, нам придётся заглянуть в глубины истории.

 

Да, уважаемый читатель, нам придётся заглянуть в глубины истории, но заглянуть при этом гораздо глубже, чем можно было бы предположить. В нашем историческом экскурсе мы оттолкнёмся от самой древней, дочеловеческой куклы, которая, как и примитивные орудия труда, была «изобретена» ещё нашим животным, не наработавшем разума предшественником (археологами найдены куклы, изготовленные 300-500 тыс. лет назад, задолго до появления Homo sapiens).

Вы скáжете: с орудиями понятно, инстинктивный орудийный труд сыграл выдающуюся роль в становлении человека. Но зачем животному понадобилась кукла? Может быть, для игры? Нет. В деле формирования общества инстинктивно используемой кукле принадлежит не менее значимая роль, чем труду, зачаткам мышления, звуковой коммуникации, стадному коллективизму и другим необходимым компонентам социализации. С определённого времени кукла стала регулятором половых отношений наших животных предков. В этом качестве она была унаследована людьми. На протяжении десятков тысячелетий человеческой истории кукла являлась действенным инструментом упорядочения сексуально-брачной жизни родового, первобытного общества. Сейчас, мысленно перенесясь в то далёкое время, мы посмотрим, как же использовалась кукла в древнем брачном обряде.

ОТКАЗНАЯ КУКЛА

В первобытном обществе брак и сексуальные связи между людьми разительно отличались от нынешних. Я не буду описывать все грани древнего «полового процесса». Остановлюсь лишь на том, что касается прародительницы всех кукол, в число которых входит и современная кукла невесты. [Более детальное описание древнего взаимодействия полов вы найдёте в цикле моих статей, опубликованных в журнале «Санкт-Петербургский университет» ( № 8 за 2007 год, № 3 за 2008 год, № 4 за 2009 год, № 3 за 2010 год и № 3 за 2011 год ), или на сайте iskrin.narod.ru].

В то время брак был групповым, а сексуальные связи не являлись интимным делом. В определённые, обусловленные трудовым циклом, моменты на брачной поляне собирались группы мужчин и женщин. Но прежде, чем дело доходило до своего апофеоза, пришедшие должны были разбиться на пары. И тут выяснялось, что группа мужчин количественно превосходит группу женщин. Так было, пожалуй, в 999 случаях из 1000. Почему имело место такое несоответствие? Объяснить его нетрудно. В первобытном обществе действовал строжайший запрет на вступление в половые связи беременных и кормящих женщин (до сих пор эта норма соблюдается у отставших в развитии народов). А таких женщин, надо полагать, было немало. Ведь первобытная женщина, в отличие от нашей современницы, с завидной регулярностью производила потомство на протяжении всего своего репродуктивного периода. Что касается мужчин, тогдашний порядок не накладывал никаких ограничений на их сексуальную реализацию. Мужчины приходили на брачные игры в полном составе.

 А теперь, уважаемый читатель, представьте себе первобытных мужчин, пришедших на встречу с женщинами. Пришедших для осуществления вполне определённых намерений, одержимых половым желанием и не имеющих силы – на «детском» уровне развития интеллекта и воли – это желание перебороть и подавить. Всем мужчинам требовалось сделать «это» здесь и сейчас, немедленно, без отсрочки. А женщин на брачной поляне было меньше, чем переполненных желанием мужчин. Что делать? Как при такой раскладке одновременно удовлетворить всех страждущих?

Вот тут в действие и вступали принесённые женщинами сексуально выразительные и возбуждающие мужчин куклы. Да, это были именно те, знаменитые, палеолитические венеры. Они не являлись, как принято считать, ни предметами почитания (для почитания чего бы то ни было ещё не наступило время), ни произведениями искусства, ни символами плодородия. Чем же они были? Они были…женщинами. Люди того времени воспринимали эти холодные и безмолвные фигурки в качестве живых существ. Тогда человек находился во власти анимистических представлений. Для женщин сфабрикованные ими фигурки (возможно, они проходили обряд рождения) были «сёстрами», для мужчин они являлись, несмотря на свои малые размеры, настоящими, если можно так сказать, сексуально пригодными женщинами.

Родоначальницей всех кукол,
в том числе и свадебной,
является древняя
сексуально-отказная фигурка
(Дольни Вестонице, Чехия,
обожжённая глина,
11,4 см, Музей «Антропос»,
Брно, www.nihilum.republika.pl).

Женщина в половом взаимодействии является выбирающей (и отказывающей) стороной. У первобытных женщин был свой, обусловленный эпохой, критерий отбора, и, в соответствии с ним, посредством вручения женщин-кукол, они отстраняли от действительных половых связей не удовлетворявших этому критерию мужчин. Те, получив такое подношение, никак не уязвлённые, отходили в сторону, чтобы предаться страсти. А настоящие женщины тем временем овладевали качественными, с их точки зрения, мужчинами. Таким образом, все мужчины достигали цели своего сексуального предприятия.

Сходка длилась недолго. Тогда не было нежных объятий, ласк, поцелуев. Мужчины, удовлетворившись, быстро теряли интерес к женщинам. Большие сёстры собирали маленьких, чтобы вместе вернуться на родовую стоянку. Мужчины отправлялись в расположение своего рода в надежде через недели или месяцы вновь встретиться здесь с женщинами, но уже не с теми, с которыми они только что продлили линию бытия. Забеременевшие женщины, если не случится какого-либо несчастья с ребёнком, придут на брачную поляну не раньше, чем через три года. Миниатюрные же «сёстры» окажутся в мужских руках в самой ближайшей перспективе. В отличие от настоящих женщин, многие из них проживут долгую жизнь – в музейных коллекциях встречаются венеры, отполированные руками многих поколений не самых качественных мужчин.

Я приписал отказным куклам (вручая куклу мужчине, женщина отказывала ему в реальной половой связи) исключительную роль в деле становления, и теперь, наверное, можно сказать, и сохранения человеческого общества. В самом деле, наделяя мужчин этими нехитрыми фигурками, женщины одновременно решали три важнейшие задачи. Во-первых, они обеспечивали удовлетворение отстранённым от реального секса мужчинам. Во-вторых, женщины полностью устраняли неизбежный в отсутствие кукол внутримужской конфликт. Наконец, в-третьих, отстраняя от воспроизводства, с их точки зрения, негодных для сексуальных контактов мужчин, женщины осуществляли половой отбор. Наверное, не надо говорить, какое значение имел отбор для делающего свои первые шаги человечества. Без всякой натяжки, отказная кукла оказалась той «находкой», без которой становление и развитие общества не были бы возможны. Вот какая прапрабабушка была у современной свадебной куклы.

ПОМОЩНИЦА И ЗАСТУПНИЦА ЖЕНЩИНЫ

Одаривая куклами выбракованных мужчин, женщины в начале человеческой истории не могли задумываться над смыслом и значением происходящего. Люди ведь только-только вырвались из оков животного мировосприятия. Животную норму сменил человеческий обычай. Но что такое применительно к тому времени «норма» и «обычай»? Это всего лишь этикетки. Формально животное сменилось человеческим. Однако по существу мало что изменилось. По-прежнему, теперь уже людей заставляла действовать доставшаяся им в наследство программа бездумного и неукоснительного соблюдения издревле заданного порядка. Порядок требовалось лишь соблюдать, а не думать и не искать какие-то связи. Так продолжалось в течение нескольких десятков тысячелетий.

Тем временем история набирала обороты. Мало-помалу развивалось общество. Вместе с ним поднимался и человек. Ко времени расцвета венерианского производства он был уже способен делать несложные обобщения и давать простые оценки. Постепенно возникало по сути дела детское понимание происходящего.

Приблизительно двадцать тысячелетий назад женщины стали смутно осознавать значение, прежде всего, для собственного, женского бытия, своих маленьких «сестричек» (разумеется, я имею в виду наиболее продвинутые человеческие общности, например, такие, следы обитания которых обнаружены в Чехии или Сибири). Несомненно, куклы им помогали, помогали во время брачных сходок. Из обычных «сородичей» куклы стали превращаться в носительниц вполне определённого, конкретного позитива.

«Конкретные помощницы» «жили» вместе с женщинами, и их ограниченный позитив, нереализуемый в промежутках между брачными сессиями, оставаясь при них, рано или поздно должен был распространиться за границы их узкой специализации, за границы брачного обряда. Позитив должен был стать абстрактным – таков магистральный путь развития человеческого сознания. Помощь маленьких «сестёр» должна была сделаться, если можно так выразиться, многофакторной. Этот процесс был запущен самим ходом развития.

В это время характерный для первых шагов человечества сплав практического и идеального начинает понемногу разделяться на свои две «половинки». Идеальное начинает конституироваться. Вместе с азами понимания человек овладевает началами представлений.

В конце концов в сознании женщины фиксируется образ помощницы как таковой. Теперь к «сёстрам» можно обращаться по различным поводам. И имеющие опыт «сёстры» обязательно помогут. Только впредь они будут более чем «сёстрами».

Раз «сестра» может помочь, она выше женщины, она умнее, способнее, могущественнее. Что возможно для женщины, то элементарно для помощницы. Но время требует большего. Только лишь помощи уже недостаточно. Перед человеком открываются всё новые грани огромного мира, непредсказуемого, загадочного, опасного. Первобытное сознание достигает уровня, на котором человеку необходима уже не только помощь, но и защита и покровительство. Откликаясь на эту потребность, помощница превращается в заступницу и покровительницу, и та наделяется определённым, пока ещё совсем небольшим, набором недоступных для человека, сверхъестественных способностей.

Это ещё не религия и ещё не вера. Но это уже шаг в их направлении. До религии, до богинь (первые божества были женщинами) ещё далеко. Божественная линия со временем получит своё развитие. А пока женщина удовлетворяется «живым» оберегом, до которого доросла так хорошо зарекомендовавшая себя на брачной поляне «специализированная сестричка».

В отличие от отказных, многие
обереговые куклы «умели» стоять
(Алтын-Депе, Туркмения,
III – нач. II тыс. до н.э.,
глина, Эрмитаж, СПб).

Поначалу покровительницы и отказные куклы (кукольный отказ продолжает действовать в полном объёме) мало различимы. Возможно, порой они даже подменяют друг друга. Однако рано или поздно наступает дифференциация. И вместе с ней всё ещё используемая женщинами и востребованная мужчинами отказная кукла перестаёт расцениваться людьми в качестве живого существа. Позиции женской берегини существенно укрепляются. Этой линии суждено долгое существование, но в отличие от божественной, она не претерпит сколько-нибудь значительных изменений и далеко не дотянет до небес и, тем более, до идеи сотворения мира. Женская кукла-оберег доживёт практически в первозданном виде (я имею в виду не столько внешность, сколько функции) до наших дней. Она будет сопровождать сначала девушку, потом – женщину в её чаяниях, раздумьях, поисках, горестях, делах.

Помните, в сказке о Василисе Прекрасной, мать, умирая, говорит дочери: «Слушай Василисушка! Помни и исполни последние мои слова. Я умираю и вместе с родительским благословением оставляю тебе вот эту куклу; береги её всегда при себе и никому не показывай; а когда приключится тебе какое горе, дай ей поесть и спроси у неё совета. Покушает она и скажет тебе, чем помочь несчастью.».

В заключение этой части статьи не удержусь от одного небольшого замечания. В мои планы не входит рассмотрение аналогичного мужского феномена. Но он также, благо на то имелась потребность архаичной психики, появился наряду с женским. У древних мужчин для осуществления определённого типа половых связей также имелось, но уже сексуально привлекательное для женщин, отказное средство. Как и в случае с женщинами, в своё время от него отпочковался мужской оберег. Правда, в перспективе из него богов не получилось. Эту нишу изначально оккупировали богини, которые с возвышением мужчины (в классовом обществе) этим новоявленным властителем были перелицованы в богов. Впрочем, это уже другая тема.

СВАДЕБНАЯ КУКЛА

Чем более развивалось общество, тем больший простор открывался для действия центробежных сил. Сначала робко, а потом всё быстрее и быстрее шёл процесс разделения труда и размежевания общественных функций. Нарастала дифференциация в мире орудий, приспособлений, утвари. Слово и идея всё более отделялись от дела и практики. Жизнь становилась более многогранной и разнообразной.

В этот поток оказалась втянутой и женская берегиня. Заступничество и покровительство, распадаясь в соответствии с общественной дифференциацией на многочисленные направления, вызвали к жизни кукол, заведующих достатком в доме и отведением злых сил, ответственных за долгую жизнь и преумножение рода, помогающих при ворожбе и даже покровительствующих рукоделию. В этом ряду – с переходом к классовому обществу с его моногамной семьёй и оформлением свадьбы – не могла не появиться и свадебная кукла. Важнейшее событие в женской жизни не могло остаться без покровительства. Правда, это была более чем свадебная кукла. Свадьба – всего лишь несколько дней из многих десятков лет жизни. Под присмотром и покровительством свадебной куклы женщина жила с юности до глубокой старости.

Такие свадебные куклы
были «наставницами» девушек
ещё полвека назад
(Куровицы, Кингисеппский р-н,
Ленинградская обл., ижоры,
посл. четверть XIХ в., Российский
этнографический музей, СПб).

В старое время девушки и женщины считали изготовление кукол очень важным занятием. Кукол делали не только для себя, но и дарили. В домах выделяли особое место, где куклы бережно хранились. Кукол никогда не выбрасывали. Мать, умирая, оставляла своих кукол дочерям. В некоторых домах усилиями многих поколений накапливались десятки и даже сотни кукол. А когда представлялся случай, из сундука аккуратно доставали ту или другую куклу, совершали с ней определённый обряд и, простившись, опять отправляли на хранение, до  следующей встречи.

Свадебную куклу готовили заранее, порой тогда, когда замужество, что называется, ещё не стояло в повестке дня. Девушка советовалась с куклой насчёт выбора жениха, спрашивала, как сложится её семейная жизнь, как примут родители мужа, будут ли у неё дети… Чем ближе к свадьбе, тем чаще девушка обращалась к своей советчице, заступнице и покровительнице. Кукла сопровождала невесту на свадьбу и вместе с новобрачной входила в дом мужа. Но на этом не заканчивалась её миссия. Ведь кукла была не скрученной и наряженной в платье тряпицей, она в представлении женщины являлась одушевлённым существом. На протяжении своей жизни замужняя женщина не раз обращалась за советом и помощью к своей свадебной кукле, которая, как я отметил, была ответственна не только и не столько за свадебные хлопоты, сколько за благополучие девушки, женщины, жены, матери и, на склоне лет, бабушки.

Такая кукла и такое отношение к ней бытовали в российской глубинке ещё несколько десятилетий назад. Но время берёт своё, и сейчас, на наших глазах, обычай, о происхождении которого я рассказал вам, читатель, уходит в небытие. И это, между прочим, нормально. Всё когда-то родившееся, рано или поздно покидает сцену истории. Причём обычаи уходят, подчиняясь определённой закономерности. Их разложение начинается с содержательной, обрядовой стороны, с потери связи с историческими корнями. На последней стадии от обычая, как правило, остаётся лишь урезанная и искажённая форма.

Сегодня «заступницу» и «наставницу»
вытеснила прикреплённая к машине игрушка.

Такие мысли посещают меня, когда, проходя по Фурштатской улице, я вижу у Дворца бракосочетания выстроившиеся в ряд свадебные машины, на доброй половине которых восседают новенькие голубоглазые куклы. Я, естественно, не спрашивал у невест, кем им приходятся эти игрушки. Однако сильно подозреваю, что это не подруги, не советчицы и не заступницы.

Что ж, время идёт вперёд.

НА ГЛАВНУЮ РАЗДЕЛА

 

ENGLISH VERSION

ГЛАВНАЯ САЙТА

НОВОСТИ

ТЕОРИЯ ПОЛОВ

ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИНГВИСТИКА

ПСИХОЛОГИЯ

ФИЛОСОФИЯ ФИЗИКИ И КОСМОЛОГИИ

ТЕОРИЯ ИСТОРИИ

ЭКОНОМИКА

НАПИСАТЬ АВТОРУ